Анна Чаус — квалифицированный тренер по теннису, работающая как с детскими, так и со взрослыми группами в петербургском спортивном комплексе «Территория Спорта». Её спортивный путь начался ещё в раннем детстве. За плечами — победы в десятках регионов: от Белгородской до Волгоградской областей, серебро ЦФО в одиночном и парном разрядах, первенство турниров PTT, а также участие в главной Спартакиаде страны. В интервью Анна рассказывает об особенностях тренерской деятельности и личных наблюдениях за время работы.
Анна, вы посвятили большому теннису 16 лет своей жизни и за это время накопили немало достижений. Расскажите, с чего начинался ваш путь и когда пришел первый успех?
— Да, большую часть своей жизни я занимаюсь теннисом. В возрасте 6 лет на корт меня привели родители, и с этого момента начался мой теннисный путь. Мама с папой сразу были настроены на то, чтобы я занималась профессиональным спортом в дальнейшем, и все силы были направлены на достижение этой цели. В детстве мне не нравились тренировки, поскольку, пока мои ровесники гуляли, я проводила всё свободное время на корте. Однако всё изменилось, когда я сыграла свой первый турнир. Это был один из переломных моментов, потому что только после первого опыта выступления в соревнованиях я осознала, для чего трачу время на тренировки. У меня появилось желание продолжать заниматься теннисом, и я поставила перед собой первые личные цели. Для всех людей понимание успеха разное. Чувство успеха ко мне пришло не после каких-то побед на соревнованиях, высокого рейтинга в квалификации или членства в сборной Белгородской области, а после присвоения моего первого спортивного разряда в 12 лет. Почему-то после получения зачетной книжки появилось ощущение, что меня объективно оценили за мои старания.
Многие приходят в тренерство от безысходности, не видя перспектив в профессиональном спорте. Знакома ли вам эта история или же вы чувствовали внутреннюю потребность наставлять других?
— Не могу отвечать за всех и заявлять, что спортсмены только от безысходности идут в тренерскую стезю, так как играть и тренировать — это разные вещи. Хотя, действительно, немало и таких кейсов, когда после проф спорта люди уходили в тренерство. Это и нормально. Ведь когда много времени занимаешься одним делом, это начинает перерастать в зависимость, и ты уже не можешь в один день бросить то, что имело для тебя огромное значение. Это оставляет свой отпечаток — ты продолжаешь хотеть быть причастным к делу, на которое было потрачено много сил. Да, не всегда хороший игрок равно хороший тренер, но когда ты сам прошёл этот путь, то тебе намного проще направлять других людей.
С раннего возраста я понимала, что неважно, во сколько лет я завершу спортивную карьеру — после этого одним из основных видов деятельности будет тренерская деятельность. Мне повезло, что на моем пути встречались специалисты, настоящие профессионалы своего дела, которые горели тем, что делают, вкладывали всю душу. Благодаря этому у меня сложился образ, что тренер по теннису — это профессия мечты, потому что, работая тренером в этом виде спорта, остается частичка прошлого тебя — спортсмена. Ты продолжаешь вносить свой вклад в развитие тенниса посредством уже не собственных достижений, а достижений учеников. С тех пор ничего не изменилось — я по-прежнему считаю, что мне повезло иметь возможность заниматься этим видом деятельности и получать удовольствие от него. Хоть я относительно недавно в тренерстве, но даже за непродолжительное время смогла убедиться, что это было правильным решением освоить тренерскую деятельность и попытаться найти себя в этом. Думаю, мне стоит задать этот вопрос через несколько десятков лет, но сейчас я отвечу так.
Во многом ли проще даётся работа со взрослыми группами, чем с детскими?Какие принципиальные различия вы заметили за время работы?
— Я бы не сказала, что для меня есть сложности именно в работе с разными возрастными группами. Нет такого, что с кем-то проще, а с кем-то сложнее. Просто есть особенности преподавания для детей и взрослых. Дети — чистый лист, на котором ты можешь творить. Они — мягкий пластилин, из которого можно слепить абсолютно любую фигуру. Но в силу своего возраста дети чаще всего приходят не по собственному желанию. В первую очередь их направляют родители, а дальше командная работа тренера и родителей: сделать так, чтобы у ребенка появилось желание заниматься теннисом. Со взрослыми другая история. У них есть желание, но освоение дается сложнее в связи с физиологическими особенностями. Поэтому ко взрослым и детям применяются разные подходы и методы.
Как можно определить,есть ли у юного теннисиста потенциал выйти на высокой уровень?
— Если мы говорим про ребенка, который только начинает тренироваться, то никак. Да, смотрят на уровень развития физических качеств, на возможность к осуществлению игровой деятельности, двигательную активность, но всё это и так будет развиваться у ребенка первые годы во время начальной подготовки. Уже после прохождения начального этапа, когда ребенок перешел на тренировочный, можно говорить о возможности выступать на высоком уровне соревнований. После освоения тренировочного процесса следует стадия совершенствования спортивного мастерства, когда речь идет о том, насколько ребенок готов или не готов показывать высокие результаты. Там уже смотрят не просто на физические качества, а на совокупность факторов: психологическая, тактическая, техническая подготовка и так далее. То есть всё сводится к объективной оценке, ну и чуточку интуиции.
Взаимодействие таких топовых спортсменов, как Синнер и Алькарас вызывает массу обсуждений из-за их различного подхода к игре. А как вы считаете, выигрышнее будет тот путь, который выверен по четкой тактике или интуитивный?
— Это всё очень индивидуально. Если бы кто-то из них играл по шаблону, то, возможно, и не смог бы достичь тех результатов, которые имеют, а, возможно, и наоборот. Только гипотетически мы можем рассуждать на эту тему. Что касается игроков, которым нужно выверить свой стиль, то следует опираться только на свои ощущения. Следует ориентироваться на сильные стороны и нивелировать слабые — например, эффективность выбранного стиля. То, что подходит одному, может не подойти другому. Нет универсального варианта. Поэтому приоритет чему-то конкретному отдавать не стану, но лично мне экспромтом играть было нелегко.
Зачастую спортсменам тяжело сосредоточиться одновременно на физическом и ментальном состоянии во время игры. Как вы считаете, насколько необходимо находить контакт между собственным телом и собственным разумом?
— Как раз умение контролировать свое психологическое и физическое состояние отличает “сильного игрока” от “слабого”. Поэтому тренировочный процесс направлен не только на техническую, тактическую и физическую составляющую, но и на психологическую. Мы не роботы, которым можно заложить программу для ее выполнения, а живые люди со своими эмоциями, переживаниями, жизненными ситуациями, которые так или иначе влияют и на наше физическое состояние. Необходимо уделять внимание этим аспектам.
Что значит для вас хороший тренер?
— Хороший тренер — это тот тренер, который умеет подбирать “ключ” для открытия “шкатулки” с успехом другого человека.
Есть множество примеров, когда тренер становится другом для своего ученика. Как вы думаете, нужно ли разграничивать деловые отношения от дружеских, если дело касается большого спорта?
— Опять же — всё индивидуально. Если поддержание дружеской атмосферы помогает в достижении поставленных целей, то не стоит ничего менять.
Что мотивирует вас?
— Обратная связь от учеников. Видеть их успехи, положительные эмоции, как они получают удовольствие не только от результатов, но и от процесса. Я сама от этого заряжаюсь энергией и получаю силы, чтобы продолжать работать дальше.
Екатерина Степурова
