Life and Style Статьи

Саша Зверев: «Я повзрослел раньше других»

Полтора года назад Александр Зверев объявил о том, что болен сахарным диабетом 1‑го типа. В интервью немецкому журналу Tennis Magazin теннисист рассказал, почему он так долго скрывал диагноз и как он научился жить с ним.

Тennis Magazin: Александр, диагноз «сахарный диабет» был вам поставлен в возрасте четырех лет. Как вы обнаружили, что больны?

Алесандр Зверев: Мне трудно вспомнить, я был слишком маленький. Знаю только из рассказов родителей. Заболел, подхватил тяжелый вирус. Потом мне сделали прививку, как всем нормальным детям. Я был еще болен, но мне все равно сделали прививку, и это в моем случае было ошибкой. Диабет был реакцией организма. Как я заметил, что болен диабетом? Я днями ничего не ел, только пил. Как оказалось позже, показатели сахара зашкаливали. Но тогда мы об этом ничего не знали. Просто как‑то раз пошел с родителями к врачу — ​тогда и выяснилось, что у меня диабет.

ТМ: И что было дальше?

А.З.: Помню, что я лежал в больнице, где я узнал, что отныне мне нужно регулярно делать инъекции инсулина.

ТМ: Помните, о чем вы мечтали в детстве?

А.З.: Я всегда хотел быть теннисистом. Быть в спорте. Я был подвижным ребенком, занимался тремя видами спорта: ​теннисом, футболом и хоккеем. По выходным приходилось ездить на три разных соревнования. Но моей мечтой всегда было стать профессиональным теннисистом, играть на самых крупных турнирах. Я так скажу: я всегда мечтал о жизни, которая сейчас у меня.

ТМ: Не думаете, что болезнь сделала вас сильнее, нежели если бы вы были абсолютно здоровы?

А.З.: Трудно сказать. Никто не желает себе жизнь диабетика. И никто не пожелал бы заболеть, чтобы стать сильнее. В конце концов мне пришлось раньше повзрослеть и осознать собственную ответственность. Ведь диабет — ​это пожизненная ответственность перед самим собой. Думаю, что это мне помогло. Если мне говорят, что я чего‑то не могу, я стараюсь доказать обратное. Так у меня в спорте и в жизни. Я очень упертый. Диабет, возможно, придал мне дополнительную мотивацию. Поэтому я считаю, что с диабетом можно вести нормальную жизнь и всего достичь.

ТМ: Что придавало вам сил продолжать заниматься спортом?

А.З.: Передо мной никогда не возникал вопрос «продолжать или нет?». Практически всю сознательную жизнь я прожил с диабетом. Будучи ребенком, а особенно упрямым ребенком, ты не слушаешь, что говорят родители и врачи. И я очень рад, что не слушал все, что мне говорили.

ТМ: А как бы вы охарактеризовали воспитание, которое дали вам родители?

А.З.: Мои родители — ​выходцы из Советского Союза. Отец был спортсменом, к тому же еще и военным. Не было такого — типа ​«Делай, что хочешь!» Но к занятиям спортом они меня не принуждали. Отец не хотел, чтобы я играл в теннис. Он был сыт теннисом и хотел, чтобы я занимался другим видом спорта. Но я выбрал теннис. Моим родителям было важно, чтобы у меня были правильные принципы по жизни, чтобы я делал правильные вещи — ​не только для себя, но и для других. Чтобы я был хорошим ребенком — ​независимо от того, чем я занимаюсь. Я бывал непослушным, обожал спорт и много путешествовал. При этом я никогда не «страдал фигней». Например, в 15 лет я никогда не ходил на «пати». Уже ребенком я был довольно честолюбив, при этом хорошо понимал, что для меня хорошо и что плохо. Возвращаясь к теме диабета, я бы сказал, что повзрослел раньше других, рано осознал ответственность за себя. Наверно, в этом смысле родителям было легче со мной.

ТМ: Вы как‑то рассказывали, что в школе над вами издевались.

А.З.: Среднюю школу я любил. Потом я перешел в спортивную гимназию в Гамбурге. В классе было 30 человек, из них 29 — ​футболисты. Я оказался единственным теннисистом. Уже это несколько напрягало. Конечно, у меня там тоже были друзья. Дети вообще не совсем представляют себе, что такое боль. Если ребенок хочет сделать тебе больно, он не думает о последствиях. Например, мне не раз разбивали капсулы с инсулином, ломали шприцы. Все это было не так просто.

ТМ: Вы поэтому так долго не говорили публично о своей болезни?

А.З.: Во-первых, я не хотел, чтобы в теннисном сообществе это восприняли как некое оправдание. Это было для меня очень важно. За победы и поражения ответственен только мой теннис. Во-вторых, я не хотел, чтобы об этом знали все. Когда у меня были первые свидания, я делал инъекции в туалете, чтобы никто не знал о моей болезни. Многие плохо информированы и не понимают, что такое диабет. Они думают: «Ой, он больной, лучше с ним не общаться». Одна из задач моего фонда — ​поддержать детей, больных диабетом. Они должны знать: да, они диабетики, но в то же время они нормальные люди и могут следовать за своими мечтами.

ТМ: Вы сегодня как‑то ограничены в повседневной жизни? Вы регулярно посещаете врача?

А.З.: К врачам я не хожу уже десять лет. По-моему, диабет очень индивидуальная болезнь. Я мало о чем могу сказать врачу с моим образом жизни. И вообще у меня своего рода аллергия на врачей. Для некоторых из них диабет — ​это бизнес. И это меня бесит. Есть врачи, которые даже не хотят, чтобы у тебя все было хорошо. Но вернемся к вашему вопросу. Я не считаю, что я в чем‑то ограничен. Если с детства ты болен диабетом, ты просто не знаешь другой жизни. Просто нужно настроить свой организм, что у тебя диабет и тебе с этим жить.

ТМ: В начале интервью вы говорили о ваших детских мечтах. О чем вы мечтаете сегодня?

А.З.: Со спортивной точки зрения, о двух вещах: о победе на турнире «Большого шлема» и о звании первой ракетки мира. Это единственные две вещи, которых я еще не добился. Долгое время я был травмирован, поэтому это было нелегко. Я уже не самый молодой, но все еще достаточно молод. Пара лет у меня еще есть впереди.

ТМ: А вне спорта?

А.З.: Я хотел бы, чтобы как можно больше людей с диабетом могли вести нормальную, насыщенную жизнь. Что же касается себя… Когда‑­нибудь завести семью, хочу стать спокойнее. Впрочем, что значит — стать спокойнее? По-настоящему я никогда не успокоюсь. Хочется создать что‑то свое. Я видел, как это получилось у отца и моего брата, я с этим вырос. Хотел бы какой‑то нормальности. Но это не случится завтра или послезавтра.

ТМ: Есть ли что‑то, что бы вы сказали сегодня маленькому Саше Звереву?

А.З.: Нет, ничего. Считаю, что маленький Саша все сделал правильно. И этим можно гордиться. Ошибки совершают все, и из них нужно извлекать уроки. Только идиоты не делают этого. Каждый должен ошибаться, чтобы учиться.

Оставить комментарий


доступен плагин ATs Privacy Policy ©