Вы здесь

Восемнадцатый!

Australian Open 2017 оказался одним из самых феноменальных турниров «Большого шлема» за последние годы. Чемпионами в Мельбурне стали тридцатипятилетний Роджер Федерер, который в пятисетовом финале сломил сопротивление Рафаэля Надаля, и его ровесница Серена Уильямс, обыгравшая свою старшую сестру Винус. Для швейцарца это была уже 18-я победа на «мэйджорах», а для американки, вернувшейся на первое место в рейтинге, — 23-я.

Рублёв на арене Рода Лейвера
Разминка перед Australian Open, которой считаются турниры ATP и WTA первых двух недель нового сезона, в этом году обнадеживала. Даниил Медведев дошел до финала в Ченнае, Андрей Кузнецов — ​до полуфинала в Сиднее, а Дарья Касаткина там же обыграла саму первую ракетку мира (теперь уже бывшую) Анжелику Кербер. Были, конечно, и неудачи. Например, золотые наши девушки Елена Веснина и Екатерина Макарова в Брисбене и все в том же Сиднее на двоих в одиночном разряде не выиграли ни одного матча из четырех. Но их поражения хотелось списать на начало сезона с надеждой, что уж в Мельбурне-то дела обязательно наладятся.
В целом же для российского тенниса этот турнир «Большого шлема» получился среднестатистическим. Мужчины могли бы выступить и лучше, но не сложилось. Например, Кузнецов, который имел хорошие шансы пройти по сетке довольно далеко, в первом же круге нарвался на Кеи Нишикори и, заставив японца помучиться пять сетов, все-таки сложил оружие. Не повезло и самому опытному из семи наших игроков — ​тридцатичетырехлетнему Михаилу Южному, который во вторник первой недели, оказавшийся самым жарким турнирным днем, в середине второй партии не смог продолжить встречу с Маркосом Багдатисом. В таких условиях может дать сбой любой организм, если, конечно, речь не идет о совершенно уникальном персонаже — ​Радеке Штепанеке, который в свои 38 лет не стесняется быть посеянным под первым номером в квалификации. Чешский ветеран в тот самый вторник перебегал тридцатичетырехлетнего Дмитрия Турсунова. Лучший результат среди россиян показали Карен Хачанов, во втором круге в трех сетах проигравший американцу Джеку Соку, и прошедший квалификацию Андрей Рублёв, чьим соперником на старте основной сетки оказался тайванец Лу Йен-Сун.
На втором матче Рублёва — ​против Энди Мюррея — ​имеет смысл остановиться особо. Конечно, на сенсацию тут вряд ли можно было рассчитывать: Андрею пока явно не хватает опыта подобных встреч. А насколько он важен, этот опыт, легко убедиться, например, прочитав “Seventy-Seven” — ​мемуары Мюррея, напечатанные в 2013 году после его победы на Уимблдоне. Энди постепенно буквально по крупицам собирал те знания и игровые ощущения, помогавшие ему выигрывать у тех соперников, которым он раньше уступал. Первый поединок с игроком из элиты, первый матч на Центральном корте турнира «Большого шлема», первый большой финал — ​через эти этапы надо пройти, если хочешь быть успешным в Туре, и далеко не все сразу оказываются готовы к этому психологически — ​так же, как сейчас оказался не готов Рублёв.
Есть между двумя игроками сходство. Например, обоих тренировали мамы. Правда, в девятнадцатилетнем возрасте Мюррей уже стоял в первой двадцатке, а Рублёв в начале февраля еще только приближался к топ‑100, однако подобные сравнения всегда условны и никому ничего не гарантируют. Как бы то ни было, в их матче на Australian Open борьбы не получилось. Андрей временами очень неплохо разыгрывал мяч, но в решающих ударах ему не хватало точности. Поэтому травма лодыжки, которую он подвернул в начале третьего сета, помешать ему не могла. Уже через 1 час 36 минут после начала матча шотландец завершил его со счетом 6/3, 6/0, 6/2, не позволив сопернику заработать хотя бы один брейк-пойнт. На пресс-конференции Мюррей признал, что Андрей умеет чисто бить по мячу, особенно справа, однако его подаче не хватает точности. Энди также посоветовал Рублёву прибавить в физической подготовке, и это тоже было справедливое замечание, ведь чисто внешне Андрей пока действительно не выглядит суператлетом, хотя тут надо учитывать его природное телосложение.
Первый четвертьфинал Павлюченковой
Российские женщины показали традиционный по нынешним временам результат. Другое дело, что для Анастасии Павлюченковой выход в четвертьфинал в Мельбурне можно даже назвать прорывом. Шутка сказать, дважды (2006, 2007) выиграв юниорский Australian Open, она затем восемь лет подряд терпела неудачи на главном турнире, будучи не в состоянии пройти дальше третьего круга. Нынешний успех Павлюченковой связывают с тем, что предсезонную подготовку в академии Патрика Муратоглу она провела вместе с двадцатидевятилетним Симоном Гоффеном — ​молодым бельгийским тренером, уже успевшим поработать с немкой Андреа Петкович. Может, брат четвертьфиналиста Australian Open Давида Гоффена действительно тот самый специалист, которого Анастасия так долго искала? Поживем — ​увидим. Пока лишь напомним, что с первого по четвертый круг соперницами Насти были хорошо знакомые теннисистки, говорящие на русском языке, — ​Евгения Родина, Наталья Вихлянцева, по-прежнему прогрессирующая харьковчанка Элина Свитолина и Светлана Кузнецова, которую Анастасия одолела также неделей ранее в Сиднее.
Что же касается четвертьфинала против Винус Уильямс, то, безусловно, наша победительница Кубка Кремля — ​2014 имела неплохие шансы: она по два раза в каждой партии брала чужую подачу. Но… тут же теряла свою, после чего концовки обоих сетов оставались за ее многоопытной соперницей. Уильямс была небезгрешна, но чаще и гораздо точнее атаковала. При этом главным резервом проигравшей Павлюченковой остается вторая подача, на которой ей удалось выиграть всего 32% очков. Отсюда и поражение — ​4/6, 6/7 (3:7). Впрочем, своим лучшим выступлением на Australian Open россиянка подарила надежду на то, что в этом году, наконец, сумеет воплотить в жизнь свою давнюю мечту — пробиться в первую десятку. Пока же Павлюченкова вплотную приблизилась к топ‑20.
Вспоминать январский Мельбурн‑2017 будет не только она. Та же Наталья Вихлянцева и ее ровесница Анна Блинкова, впервые попав в основную сетку на турнире «Большого шлема», выиграли по одному матчу. Вихлянцева, кстати, после окончания турнира была уже на подходе к первой сотне (после своего полуфинала на “St. Petersburg Ladies Trophy 2017” она в нее войдет), а Блинкова уже стояла в середине топ‑200.
Тем временем Екатерина Макарова седьмой раз подряд дошла на Australian Open минимум до четвертого круга, причем в 1/16 финала обыграла крайне неудобную для себя оппонентку — ​словачку Доминику Цибулкову, которой до этого трижды уступала. Поражение Екатерины от британки Джоанны Конты по большому счету было безоговорочным, однако программу-минимум российская полуфиналистка Мельбурна двухлетней давности выполнила. А значит, год можно продолжить с хорошим настроением.
Неплохое впечатление оставила и Светлана Кузнецова. Ее, конечно, перед встречей с Павлюченковой немного подкосил тяжелейший поединок с Еленой Янкович, продолжавшийся около трех с половиной часов. Тем не менее в первой десятке Кузнецова закрепилась, и теперь до турнира в Майами ей не требуется защищать рейтинговые очки. Иными словами, Светлана достаточно неплохо начала новый сезон.
Пожалуй, больше всего обидно было за Елену Веснину. Довольно уверенно пройдя первые два круга, она попала на двадцатиоднолетнюю американку Дженнифер Брэди, которая пробилась в «основу» через квалификацию, а за круг до встречи с россиянкой провела на корте почти три часа. 116-ю ракетку мира, по идее, Елена должна была обыграть, однако вместо этого неожиданно нарисовалось поражение в двух партиях.
Особо стоит остановиться на неудаче Дарьи Касаткиной, которая в первом же круге проиграла очень опытной тридцатиоднолетней китаянке Пен Шуай. От юной теннисистки из Тольятти в ближайшее время многие ждут настоящего прорыва, и порой кажется, что она действительно готова к великим свершениям. Например, в середине января в Сиднее Дарья порадовала нас тем, что одолела первую ракетку мира Анжелику Кербер. Однако стабильности Касаткиной по-прежнему не хватает. При этом надо иметь в виду, что для нее во взрослом теннисе начался всего лишь второй полный сезон, который с психологической точки зрения считается очень сложным практически для всех молодых игроков. Поэтому болельщикам Касаткиной стоит запастись терпением, не забывая о том, что теннисистки, чей стиль основан на использовании силы удара соперниц, далеко не всегда выходят на пик в первые годы своей карьеры.
Высший пилотаж «сбитых летчиков»
По сравнению с тремя другими турнирами «Большого шлема» Australian Open всегда представлял собой наиболее загадочное состязание. Ведь в начале сезона реальная спортивная форма главных фаворитов далеко не очевидна, и соотношение сил между ними определить труднее всего. Однако на этот раз финал между Энди Мюрреем и Новаком Джоковичем выглядел практически неизбежным, тем более что два безоговорочных лидера прошлого года в январе уже успели разыграть между собой финал в Дохе. Победил там серб, однако не стоит забывать, что в полуфинале он подвергся поистине экстремальному испытанию в виде пяти матчболов, которые пришлось отыгрывать у Фернандо Вердаско. И надо же такому случиться, что в 1/64 финала Джоковичу в Мельбурне достался все тот же тридцатитрехлетний испанец!
В Мельбурне Новак прошел Вердаско очень легко, но это был его последний успех. Уже четвертый день турнира оказался для его шестикратного победителя катастрофическим. Во втором круге Джокович за 4 часа 48 минут проиграл пятисетовый матч 117-й ракетке мира Денису Истомину. Подобные фиаско в карьере Новака случались нечасто. И это еще мягко сказано, ведь столь рано на чемпионатах «Большого шлема» серб не проигрывал с 2008 года, когда на Уимблдоне уступил Марату Сафину. К тому же, с точки зрения количества титулов и опыта, тот Джокович (девятилетней давности) и нынешний — ​это два разных игрока. Да и с точки зрения мастерства тоже. Никто и представить себе не мог, что поход за рекордным — ​седьмым — ​австралийским титулом завершится для Новака самым настоящим недоразумением. Ведь Истомин попал в основную сетку лишь благодаря “wild card”, предоставленной ему за победу в специальных отборочных состязаниях среди игроков Азии и Океании, да и неудобным соперником для Джоковича его назвать было нельзя. В пяти предыдущих поединках с лидером узбекского тенниса серб неизменно побеждал, причем достаточно легко.
В карьере Истомина, на которой в юности едва не поставила крест тяжелейшая автомобильная катастрофа, безусловно, были довольно яркие достижения. Денис выиграл три титула ATP и в августе 2012 года поднимался в рейтинге на высшее пока для себя 33-е место. И все равно с точки зрения статистики его победа над самим Джоковичем, безу­словно, огромнейший сюрприз.
Проблемы серба, который явно был не в своей тарелке, стали очевидны еще в первом сете. Своими точными ударами справа по линии Истомин не раз ставил Джоковича в тупик, тем не менее в середине встречи казалось, что фаворит, наконец, сумел добиться коренного перелома. Не тут-то было. В четвертой партии Истомин выиграл второй тай-брейк в этом матче, а в пятом гейме решающего сета на брейк-пойнте ему удался отменный удар слева по линии. У Джоковича на чужой подаче в оставшееся время шансов не было. Выиграв в общей сложности 193 очка, на семь больше, чем соперник, он уступил со счетом 6/7 (8:10), 7/5, 2/6, 6/7 (5:7), 4/6.
«Мы сделали это, мама!» — ​обратился Денис в блиц-интервью после игры к Клавдии Истоминой, которая тренирует его с детских лет. Джокович же на пресс-конференции в основном отдавал должное сопернику. Вскоре стало известно, что Новак меняет свои планы и примет участие в матче Мировой группы Кубка Дэвиса Сербия — ​Россия, который он сначала собирался пропустить (см. об этом на стр. 38). Истомин же затем также в пяти сетах одолел испанца Пабло Карреньо-Бусту и впервые вышел в четвертый круг турнира «Большого шлема», где уступил Григору Димитрову.
Если кто-то из болельщиков Мюррея считал, что поражение Джоковича теперь гарантирует победу их любимцу, то это, конечно, было огромной ошибкой. Еще не завершилась первая неделя, а Энди неожиданно сложил оружие перед соперником, которому, казалось, не мог проиграть в любом случае, — ​двадцатидевятилетним ровесником Михаилом Зверевым, неожиданно выпрыгнувшим из хорошо законспирированной австралийской засады. Он, правда, во время турнира стоял в рейтинге выше Истомина — ​на 50-м месте. Зато за всю свою карьеру до этого выиграл в Мельбурне лишь один матч из шести, причем самый первый, ​в 2007 году.
Теннисистов, которые, проведя в ATP десяток с лишним лет, не имеют серьезных достижений, многие почему-то считают едва ли не «сбитыми летчиками». Однако пример Зверева подтверждает, что это совсем не так. Его карьера вообще развивается особыми зигзагами. Старший сын многократного чемпиона СССР Александра Зверева, в начале 1990-х годов уехавшего в Германию работать тренером, и брат 24-й ракетки мира — ​прошлогоднего чемпиона “St. Petersburg Open” Александра Зверева-младшего, который, кстати, днем раньше на арене Рода Лейвера едва не одолел Рафаэля Надаля в третьем круге, он более пяти лет, с июня 2011 года по октябрь 2016-го, находился за пределами топ‑100. Причиной тому, прежде всего, были различные травмы: междисковая грыжа, трещины в ребрах и запястье, на котором теннисист два года назад перенес операцию. Но затем постепенно наступил ренессанс. Причем роль паровоза тут сыграл младший брат Саша, вместе с которым Михаил (в марте 2015 года 1067-я ракетка мира) начал ездить на самые маленькие профессиональные турниры — ​«фьючерсы». Ну а прошлой осенью он уже по-настоящему напомнил о себе, дойдя до четвертьфинала в Шанхае и полуфинала в Базеле, где, кстати, обыграл чемпиона US Open Станисласа Вавринку.
Однако в победу Зверева над Мюрреем все равно верилось с трудом. Ведь британец, хотя и имел небольшие проблемы с лодыжкой по ходу матча против Рублёва, в целом на протяжении всей недели чувствовал себя вполне комфортно, не отдав в трех встречах ни одной партии. Но тут, как говорится, нашла коса на камень. Используя свою любимую атакующую тактику, соперник Энди, с которым они, кстати, не раз встречались еще в юниорские времена, смог полностью нейтрализовать его главный козырь — ​цепкость в ритмичной игре на задней линии. Реализовав 65 из 118 выходов к сетке за 3 часа 33 минуты, Зверев победил (7/5, 5/7, 6/2, 6/4). Таким образом, еще до конца первой недели мужской турнир по части сенсаций уже превзошел все остальные чемпионаты «Большого шлема» XXI века.
Новые люди в полуфиналах
По совокупности всех событий, произошедших за две недели в Мельбурне, этот чемпионат вполне можно считать бенефисом ветеранов. Взять, к примеру, тридцатисемилетнего Иво Карловича. В тот жаркий день, когда свой матч не смог доиграть Южный, хорват победил за 5 часов 14 минут аргентинца Орасио Себальоса (6/7 (6:8), 3/6, 7/5, 6/2, 22/20). При этом он подал навылет 75(!) раз — ​больше, чем кто бы то ни было за всю историю Открытого чемпионата Австралии.
Карлович стал не единственным хорватским игроком, отличившимся на Australian Open. Куда больше и дольше говорили там о тридцатичетырехлетней полуфиналистке Мирьяне Лючич-Барони. В свое время автор этих строк спросил известного российского тренера Ларису Преображенскую, кто из молодых теннисисток быстрее всего станет такой же знаковой фигурой, как тогдашняя первая ракетка мира Штеффи Граф. И в разговоре, разумеется, всплыла фамилия Мирьяны Лючич. Пятнадцатилетняя хорватка тогда успела громко заявить о себе, победив на первом же своем турнире Женской теннисной ассоциации (WTA) в Боле, дойдя до финала на следующем (в Страсбурге) и выиграв с учетом двух квалификаций 15 матчей подряд. И тем не менее Лариса Дмитриевна уверенно сказала: «Только не Лючич!» И аргументировала свое мнение тем, что игра блондинки с хорошими физическими данными слишком прямолинейна.
По большому счету, прогноз тот оказался абсолютно верным. Мирьяна, которая еще в 1998 году вместе с матерью и четырьмя сестрами и братьями сбежала от тирана-отца, действительно не оставила и уже не оставит в теннисе такой же яркий след, как другие сверхталантливые представительницы ее поколения — ​Мартина Хингис и сестры Уильямс. Более того, добравшись в 1999 году до полуфинала на Уимблдоне, она сначала ушла в тень, а затем и вовсе практически перестала появляться на крупных турнирах, тренируясь во Флориде и время от времени участвуя во второстепенных соревнованиях.
Многое изменилось после встречи с Даниэле Барони — ​американским бизнесменом и ресторатором итальянского происхождения, за которого хорватская блондинка пять с лишним лет назад вышла замуж. В жизни ее появилась опора, а в результатах стабильность. И вот теперь Мирьяне во второй раз в жизни удалось стать автором феноменального с точки зрения статистики достижения. Дело в том, что, дойдя в 1998 году на Australian Open до второго круга, Лючич-Барони затем на протяжении 18 лет не могла выиграть в Мельбурне хотя бы один матч. За это время она пропустила 11 австралийских турниров и еще семь раз оступалась на них в первом же круге. А в этом году, обыграв в трех партиях двадцатичетырехлетнюю чешку Каролину Плишкову, считающуюся одной из самых перспективных представительниц нынешнего топ‑10, вышла в полуфинал. В том матче самым поразительным было то, что Лючич-Барони, с которой, кстати, в 1/32 финала не смогла ничего сделать третья ракетка мира Агнешка Радваньска, полностью превзошла более молодую соперницу в концовке. Играя на фоне заметной усталости, с дважды перебинтованной левой ногой, хорватка, начиная со счета 3/4, в трех последних геймах третьего сета отдала Плишковой всего одно очко.
В полуфинале соперницей Мирьяны, как и можно было предположить, оказалась Серена Уильямс. И хотя тут уже шансов у хорватки не было, своим мельбурнским прорывом она может гордиться. Далеко не каждой теннисистке удается в 34 года впервые попасть в рейтинге в топ‑30.
Куда более упорным получился другой полуфинал, в котором Винус Уильямс за 2 часа 25 минут переиграла свою соотечественницу — ​35-ю ракетку мира Коко Вандевее. Кстати, эта двадцатипятилетняя американка провела турнир необычайно ярко. Она очень уверенно, отдав лишь девять геймов в двух матчах, одну за другой отправила отдыхать первую ракетку мира Анжелику Кербер и прошлогоднюю чемпионку «Ролан Гаррос» Гарбинье Мугурусу.
Еще одним сравнительно молодым героем Australian Open 2017 оказался Григор Димитров. Похоже, что двадцатипятилетний болгарин, который долгое время оправдывал выданные ему авансы не на корте, а за его пределами, наконец, по-настоящему взялся за ум. И способствовало этому во многом сотрудничество с новым тренером — ​Даниэлем Валверде. В свои 30 лет молодой специалист родом из Венесуэлы уже успел довольно много. Он не только близко дружит с Энди Мюрреем, но и плодотворно работал с ним, а также вывел два года назад чеха Томаша Бердыха на высшее в его карьере четвертое место.
Вот и болгарин сейчас буквально на глазах прибавляет практически во всех аспектах игры. В первую очередь это касается физической подготовки и передвижения по корту. Неудивительно, что в начале января Димитров выиграл турнир в Брисбене, победив по ходу дела трех соперников из первой десятки, и к полуфиналу Australian Open против Надаля, которому все-таки уступил в пяти партиях, имел беспроигрышную серию из десяти матчей подряд.
Первый финал президента Трампа
Любой матч между сестрами Уильямс (а этот финал — ​первый, который они провели при новом президенте США Трампе, чей новый теннисный центр открывала, между прочим, Серена) всегда превращается в настоящую пытку не только для них обеих. Между ними с детских лет сложились особо чуткие отношения, и, конечно, ни одной из них не хочется делать больно родному человеку.
В данном случае было трудно ответить на вопрос, кому победа нужнее. Винус в последний раз добивалась столь же значимого триумфа девять(!) лет назад на Уимблдоне. Гипотетический успех выдающейся тридцатишестилетней теннисистки можно было бы считать настоящим подвигом, поскольку перед началом нынешнего турнира ее в финале никто не ждал. Впрочем, номинальным фаворитом следовало считать тридцатипятилетнюю Серену, которая получила шанс не только выиграть свой 23-й турнир «Большого шлема» (больше таких побед — ​24 — ​в женском теннисе имеет только австралийка Маргарет Корт), но и вернуться на первое место в рейтинге. И она этим шансом воспользовалась.
В истории противоборства сестер было несколько поединков, в которых интрига была закручена достаточно лихо. Однако в данном случае Уильямс разыграли не самый скучный, но и далеко не самый выдающийся титульный поединок. Обе партии и продолжались одинаково — ​41 минуту, и завершились с одним и тем же счетом — 6/4. Серена была точна не всегда. Уже в третьем гейме она продемонстрировала свое недовольство, сломав ракетку, а в четвертом допустила в одном гейме три двойные ошибки. Остался за Винус и самый затяжной розыгрыш в последнем гейме матча, состоявший из 24 ударов. И все же сомнений в победе младшей сестры не возникало. Таким образом, самая возрастная победительница турниров «Большого шлема» в период Открытой эры (с 1968 года) снова оставила позади себя в мировом рейтинге Анжелику Кербер.
А ведь Серена получила на этом Australian Open крайне непростую сетку. Уже в первом и втором кругах, считающихся для фаворитов крайне непростыми, ей пришлось иметь дело с теннисистками, которые еще сравнительно недавно стояли в топ‑10, — ​швейцаркой Белиндой Бенчич и чешкой Люси Шафаржовой. Тем не менее в семи матчах она не только не проиграла ни одного сета, но даже ни разу не позволила своим соперницам довести дело до тай-брейка. Словом, эпоха Уильямс в женском теннисе продолжается.
Возвращение королей
В истории мирового спорта едва ли можно найти противостояние, которое по всем статьям было бы сравнимо с соперничеством Роджера Федерера и Рафаэля Надаля. Швейцарец, напомню, старше на пять лет и к моменту своей первой встречи с семнадцатилетним Надалем (на турнире в Майами в марте 2004 года) уже по разу выигрывал Уимблдон и Australian Open. Однако потерпел тогда поражение, казавшееся сенсационным. В то время еще мало кто представлял себе, насколько мощным и надежным отбойным молотком надо обладать, чтобы пройти глубокие пласты обороны испанского левши, который мгновенно способен переходить в атаку с помощью своего великолепного крученого форхенда. До первого из девяти триумфов Надаля на «Ролан Гаррос» оставалось еще 14 месяцев, а до финала Australian Open 2009, по окончании которого на церемонии награждения проигравший своему злому гению Федерер не сдержал слез разочарования, — ​почти пять лет.
Оценивая соотношение сил перед их нынешним поединком, невозможно было не вспомнить тот матч. Слишком уж многое в данном случае выглядело точно так же. Роджер Федерер снова играл свой полуфинал в четверг, то есть имел в запасе перед финалом два дня — ​на один больше, чем его соперник. В свою очередь Рафаэль Надаль опять провел в пятницу марафонский пятисетовый поединок, продолжавшийся около пяти часов, только соперником его был не соотечественник Фернандо Вердаско, а болгарин Григор Димитров.
Тем не менее восемь лет назад испанец, вопреки логике, обыграл швейцарца — ​причем в пяти партиях. Разу­меется, и сейчас такой вариант не был исключен. Ведь, кроме всего прочего, в четверг Роджер Федерер после победы в полуфинале над Станисласом Вавринкой не стал скрывать своих проблем с приводящей мышцей бедра. Вообще, четырехкратный чемпион Australian Open, который в шести матчах провел на корте на пять часов меньше Рафаэля Надаля, на протяжении всего турнира старался беречь себя. Хотя победа, одержанная в пяти партиях в четвертом круге над японцем Кеи Нишикори — ​соперником, который стоит в топ‑10 и младше Федерера на восемь лет, — несомненно, выглядела очень эффектно.
Парадоксально, но перед началом этого турнира и Федерер, и Надаль считались темными лошадками. Испанец был посеян 9-м, а швейцарец, не принимавший участия в официальных состязаниях после прошлогоднего Уимблдона, — ​лишь 17-м. Счет личных встреч Надаля с Федерером до этого финала был 23-11 в пользу испанца, причем с 2007 года швейцарец ни разу не обыграл его, уступив первую партию. Однако в данном случае Федерер провел дебют на очень высоком уровне. Понимая, насколько важно захватить психологическое преимущество, примерно через 20 минут после начала матча он здорово прибавил, успешно разыграв на своей первой подаче по ходу первого сета 14 очков из 15.
Надаль не был бы самим собой, если бы позволил сопернику уйти в отрыв. И вскоре ситуация в матче выровнялась: 1-1 по сетам. Третья партия снова осталась за Федерером, старавшимся действовать на грани риска, четвертая — ​за Надалем, сразу же сделавшим брейк и в пятой партии. Кстати, перед ее началом швейцарец, как и в матче с Вавринкой, взял продолжавшийся дольше положенных трех минут медицинский тайм-аут, за что удостоился критики от некоторых авторитетов, в том числе от Пэта Кэша.
Происходившее на корте в течение последних 40 минут матча стало украшением всего турнира. Федерер бросился в погоню, но во втором и четвертом геймах решающего сета не смог использовать четыре брейк-пойнта. Потерпел он неудачу и при розыгрыше пятого и лишь на шестом при счете 2/3 все-таки заставил соперника ошибиться при выполнении форхенда.
С этого момента Федерера было уже не остановить. Надаль пытался делать все, что было в его силах, но все чаще уступал швейцарцу. Проиграл он ему и самый красивый розыгрыш матча — ​из 26 ударов. Вскоре после этого Федерер сделал еще один брейк и повел 5/3. Но и это было еще не все: в заключительном гейме он имел 15:40, благо подача, которая в этот день выручала его не раз, снова не подвела.
Второй матчбол Роджер реализовал не без помощи системы электронного повтора “Hawk-Eye”, которой в последний раз решил воспользоваться Рафаэль. В итоге — ​6/4, 3/6, 6/1, 3/6, 6/3 за 3 часа 37 минут. Реализовав свое преимущество в подаче (20 эйсов против четырех), швейцарец смог еще и переиграть соперника в большинстве розыгрышей, завершив точными ударами навылет 73 из них против 35.
Богатая победная коллекция Федерера, который впервые обыграл на одном турнире четырех соперников из топ‑10, продолжает пополняться. В ней теперь уже 18 чемпионских титулов, завоеванных на турнирах «Большого шлема», в том числе пять австралийских. Тридцатипятилетний швейцарский феномен, в прошлый раз отличившийся на «мэйджорах» очень давно, на Уимблдоне в 2012 году, стал самым возрастным победителем одного из четырех наиболее престижных теннисных чемпионатов за последние 45 лет.
Рекорд Открытой эры (она берет свой отсчет с 1968 года) принадлежит австралийцу Кену Розуоллу, которому в момент победы на Australian Open 1972 было 37 лет 62 дня. Фантастика? По нынешним временам — ​конечно да. Хотя теперь и это достижение, пожалуй, не выглядит вечным.
Евгений Федяков

Фотоальбом